На ниточке меж степью и облаками

Давно не видел наш город в июле.

Как он вырос!

Тарелка степной травы чуть наклонилась

И вот он — стоит, сияет,

Полная челюсть зданий.

На ниточке меж степью и облаками.

Прекрасны люди, легки одежды,

Открыты лица.

И сильный ветер не прерывается, безмерно длится,

Бьёт по плечу: куда пропал, брат, ozin qalaysin?

А ты смотри только, смотри и улыбайся.

Друзья обняли, соседи дома, а мы ― к аллеям.

И пары лет как не бывало. Ишим чернеет.

И парень девушку ведёт неспешно под фонарями.

Придёте поздно, пока не вечер — ты позвони маме...

Ai bauyrym!

Такой большой, а охоч до сказок,

До ярких лампочек, до каруселей дорожных развязок.

Стеклянный шарик, перстни, браслеты

Разбросаны между домами.

Где ты, дружок? Эх, засмотрелся!

Не забудь, позвони маме.

Какое здесь вкусное молоко!

Мне не напиться.

И суетится, вокруг клокочет, живёт столица.

Столица восклицательных знаков...

Строкой по коже

Так туго сшита с беспечным сердцем

Пустая площадь.

Занимаю место в автобусе.

Мгновенно засыпаю, если входит

Женщина старше сорока,

Особенно, если с тяжёлой сумкой в руке.

Сегодня, как обычно, закрыл глаза. Слышу:

«Кондуктор,

Потормошите того дедушку.

Он случайно не проспит свою остановку?»

Знаешь,

Города сообщаются.

Каждый раз в ночном такси

На этом перекрёстке в Отрадном

Я ожидаю, что мы свернём на Бараева.

Знаешь,

Города сообщаются.

Перетекают один в другой

Есть что-то в том, чтобы

Заглядывать в освещённые вечерние окна с холодной улицы.

Знаешь,

Города сообщаются,

Перетекают один в другой

В узких перешейках пространства

В «Магнуме» напротив Дворца школьников у полки с овощами

Такой же запах, как в «Пятёрочке» на Саларьево.

Знаешь,

Города сообщаются.

Перетекают один в другой

В узких перешейках пространства,

В переулках и за старыми жестяными заборами

Через какой двор пройти, чтобы случайно встретиться со своим прошлым?

Знаешь,

Города сообщаются.

Перетекают один в другой,

В узких перешейках пространства,

В переулках и за старыми жестяными заборами,

На дорожных развязках.

Показалось или ты видела на Манаса синий бок,

Весь в бликах звёзд и фонарей

С надписью «Это электробус»?

Мы с сыном спрятались от зноя

В тени раскидистых ветвей.

Я наблюдал, как подо мною

Полз по брусчатке муравей.

Неторопливо огибая

Квадратный камень, скрылся вниз.

Должно быть, там, достигнув края,

Он перевёрнутый повис.

Предстал ему подземный город

Между корней-кариатид,

Где изолированный провод

Под напряжением гудит.

А ещё ниже спят металлы,

Припав к грунтовому ручью,

Но скованные их суставы

Неинтересны муравью.

В блестящем панцире изящном

Ещё покажется он нам

И заспешит по дикой чаще

Травинок по своим делам.

Дорога петляла меж пыльных строений.

За серым забором участок. И там

Послушные человеку растения

Прильнули к ногам.

Листва шелестящая старой берёзы,

И домик под ней (суховат, как безе),

По пояс ушедший в полынь и амброзию,

Немного просел.

Налились костистые шарики вишен,

Как капельки крови. Просеялся свет

Сквозь иглы сосны. И трудится, дышит

В теплице сосед.

Точны геометрия грядок и горок,

Укропа структурные формулы. Шланг

Скотчем примотан к насосу с мотором,

Чумазый, как Ганг.

Искать затаённое сердце клубники.

Расслышать кузнечика тихую речь.

Июль мимолётный поймать. Безъязыко

Не спеть, не сберечь.

Улиц ночных медлительность. Поток мошкары.

В матовой дымке – умытый мост.

А подле остов рыбный в асфальт зарыт!

Древний китовый скелет, где твоя морда?

Пешеходный переход округлит и расправит рёбра:

Белые, чистейшие, напоминающие о глубине

И многослойности города.

О его известной осенней изнанке...

Представляешь, оттуда

Удильщики забрасывают приманки

Прямо на мостовые, всхлипывающие при ходьбе.

Прозрачные лески дождевых линий косо

Протянулись вдоль зданий, столбов, тополиных торсов,

Прошили насквозь немоту перекрёстков

К пузатым,

Потусторонним

Раковинам фонарей.

Аптечный крест там и вывеска, и сигналит жёлтый:

Цвет переходного времени года.

И замершее ожидание, и затянувшаяся несносная нота

Пластмассовой коробочки

У того пешеходного перехода.

Воздух пьянит. И что в нём растворено такое,

Лёгкое, прекрасное и совершенно не городское:

Цыганские костры, бразильские ноты?

Ломтик восторга, капля абсента, щепотка свободы?

Куртки распахнуты, пешеходы

Попадаются навстречу чаще парами:

Бредущие и сидящие, улыбчивые,

Шипучие, шепчущие, игристые.

Бычьи глаза одиноких мужчин как выстрелы.

Проплывающий автобус огромен и абсолютно неотразим.

По прозрачному корпусу льются огнистые пятна.

Скверы наполнены. Разговоры, смешки.

Черна, как бензин,

Тень от столба, отброшенная многократно.