Пока мы танцуем

Мы прожили ноябрь, за ним декабрь, январь.

Бесплодие бесцветной зимы, куча уставшего снега.

Заснуть, проснуться, чтобы начать сначала

обычный многолетний день на фоне долгого неба.

Ожидание? Любое случившееся событие

свидетельствует о гибели предстоящего восторга.

Простой белый рис соответствует мышлению,

затянувшейся паузе, когда за сорок.

Что дальше? Доносятся отголоски грядущего,

больше похожего на немое кино.

Люди входят в ночь и выходят, как в темный автобус,

на холодных стеклах тают узоры дыхания.

Остается только пустота, подобная голоду,

жажде выбирать целое взамен изобилия.

Голод, как обостренный слух, когда различаешь каждую ноту сомнения,

попытки укрыться в прозрачности страха.

Белая тонкая речь.

Если лицо чашки – это ее пустота,

то видеть – это отстраняться от зрения,

говорить – это умалчивать,

а любить – это умирать.

в эту бессонную ночь

пока мы танцуем

опадают тюльпаны

все хотят спать

но никто не хочет

стареть умирать забывать

смех освобождает лица

музыка окрыляет сердца

открывает их нараспашку

как эти отцветшие бутоны

улетающие по лепестку

в невидимый полумрак

кирпичные стены

освещенные теплым огнем

как земля нагретая солнцем

как старая кожа бабушки

как печальное время

того что есть

но никогда

не повторится

налить кока-колы со льдом и лимоном,

чтобы вспомнить прошлое лето,

поездку в июльскую грецию,

нежный теплый мрамор афин,

согретый вечным солнцем,

приятный на ощупь, как юная кожа.

цвет синевы, воздух свободы,

прозрачная ночь тишины,

пропитанная влагой и сном цикад.

как же всегда хочется вернуться

в то место, где уже был,

вновь пережить повторение,

правду забвения и ложь присутствия.

жить – это вдыхать, а выдыхать – это помнить.

вот еще один год, еще один круг,

кольцо необъятного дерева.

я все на том же месте,

под красным навесом,

с красной наклейкой кока-колы

и в красных кроссовках пума.

перед глазами растет синева,

как память о греческом море,

как память о мире,

как память о цвете,

в котором ничего нет.

в это безумное лето

желтые листья на дорогах с начала июня

все горит и пылает

сердце разрывается на куски

от событий происходящих одномоментно

ночные просмотры прекрасного соррентино

луна сияет как тайный поцелуй в шею

непредсказуемое дикое танго

вопль покинутых воспоминаний

чемпионат мира по футболу

великий сорокалетний месси

уходящий в предстоящую осень

в заслуженное смирение

в незабываемую историю об этом лете

о безумии этого лета

когда зрелость отступает в безмолвие

молодость это быть чемпионом

сегодня ты но завтра другой

молодость это удача

побыть недолго любимым

пока не вернется ночь

забвения и красоты

пока не вернется вновь

тихий шелест листвы

ах

как

все

мимолетно

и это

называется

жизнью

приходить в это место с видом на красивую стену

садиться напротив ствола стоящего в золотом сечении взгляда

наблюдать поток проходящих лиц и дождя

постоянство деревьев мимолетность людей

кто-то бежит от дождя кто-то стоит под навесом

кто-то уже ничего не ждет никуда не смотрит

учиться у себя быть местом прозрачным стаканом дня

ненаписанная книга как улей где каждая буква

подобна крылатой жизнелюбивой пчеле

копошится во внутреннем цветке молчания

все ради меда ради блеска сладкой минуты

пока печаль как почва из которой растут

новые жилы новая зелень новые силы

как будто наступает полная тишина

как будто в ней становится так хорошо

как будто так и должно было быть

еще давно еще до того как все началось

как все случилось

как все стало прошлым

долго не мог нащупать

следующего направления

что дальше

десять лет в голове

десять лет в движении

и жизнь сузилась

что дальше

спрашивал я себя

куда устремиться вновь

просыпался и засыпал

с вопросом о стремлении

плоть угасает

время безмолвно

танец как поток воды

чистил мое сознание

освобождал мышление

от избыточности

от метафоричности

от двойственности

вдруг я услышал голос

зовущий в новую даль

в чистое пение

бесконечности и пустоты

в самую суть музыки

в зерно звезды