Первый

Он там оказался. Не родился, не пришёл — просто упал в этот мир, где лёд выше его роста, где ветер воет, как волк, а волков нет. И никого нет. Он пытался выжить — и выжил. Резал лёд одним отчаянным упрямством. Складывал стены. Учился согреваться без огня. Ставил ловушки на рыбу. Спал сидя, стараясь не отдавать тепло в пустоту...

Прошло много времени. Настолько много, что он стал частью этого белого мира. Уже не помнил, как пахнет лето. Просто жил.

А потом появился он. Цветной. Не яркий, но живой. И совершенно неуместный в этом белом мире. Он шёл не проваливаясь, но под его подошвами таял снег и позади оставались пятна проталин.

Подошёл. Сел возле дома и протянул руки, будто хотел согреть их от огня. И огонь появился под его руками.

Человек вышел из дома. Приблизился к костру. Сел напротив. Спросил.
— Кто ты?
— Обычный человек.

Тишина. Огонь потрескивал. Пахло дымом. Настоящим.
— Ты...
Он посмотрел на Цветного.
— Ты останешься?

Цветной молчал. Смотрел как снег, нагретый огнём, стекал ручейками в землю. Потом коротко сказал:
— Оглянись.

Человек обернулся. И увидел. Дом его стоял. Но... лёд внизу потемнел. Стены начали оседать. Стекающие капли чертили на них зигзаги. Немного ещё — и всё рухнет. Он знал это.

Вскочил.

— Уходи. Пожалуйста, уходи. Я не выживу, если он растает. Я слишком долго строил. Я всё это — сам. Если он растает — как я...

Цветной долго смотрел на него. Молча. Потом кивнул.

— Ты выбрал.

И ушёл... А Белый остался.


Второй

Он увидел иглу издалека. Старое, хорошо построенное. Такие дома не появляются за один день. Постоял немного на холме и пошёл вниз. Под ногами начал таять снег. Так бывает всегда.

Подошёл. Сел возле дома. Протянул руки и под ними привычно затеплился огонь.
Стал ждать.

Дверь открылась почти сразу. Из дома вышел человек. Сел напротив.

— Кто ты? — спросил.
— Обычный человек.

А что он ещё мог сказать?

— Ты…
Они всегда об этом спрашивают.
— Ты останешься?

Он молчал. Смотрел, как снег вокруг огня превращается в воду. Думал.
Что будет, когда он увидит? Что скажет? До сих пор все говорили одно: «Уходи». Грустно. Я так устал. Но если… Если попросит остаться? Останусь? Надолго ли?

Молчание стало слишком долгим. Пора. Взглянул за спину Белого, на его тающий дом. Сказал коротко:
— Оглянись.
Белый посмотрел назад и вскочил.
— Уходи. Пожалуйста, уходи! Я не выживу... Как я...
Он не договорил.
Цветной поднял голову. Долго смотрел ему в глаза. Очень долго. Пытался увидеть.
Что станет с ним? Что я делаю: дарю шанс или убиваю? Он никогда не знал. Я всего лишь человек… Это слишком тяжело для человека!

Сказал только:
— Ты выбрал.

Встал и пошёл дальше. Не оглядываясь. Он знал, что Белый смотрит ему вслед. Не на тающий дом, а на снег, тающий у него под ногами. Смотрит и молчит… Всё-таки молчит.

Шёл долго. Слушал скрип снега под ногами. И думал.
Может быть, надо было остаться? Нет. Это бы ничего не изменило. Это было обдумано уже много раз. Больнее был другой вопрос. А надо ли было приходить?
На этот вопрос у него ответа не было.
Поэтому он просто шёл от одного иглу к другому. И каждый раз, уходя от очередного, он надеялся, что однажды услышит вслед «не уходи» или «останься». Он ждал третьего…


Первый


Белый стоял и смотрел вслед уходящему.
В руке у него был осколок льда — кусок стены его дома. Сам не заметил, когда успел его поднять.

Цветной уходил не оглядываясь. Белый смотрел ему вслед. Долго. Пока тот не скрылся за холмом.
Опустил глаза на осколок. От него вдруг стало холодно. По-настоящему холодно. Будто в нём собрался весь мороз его небольшого мира. Белый вздрогнул и уронил осколок в снег.
Сел рядом.

 

— Ушёл. Навсегда. Потому что я попросил. Всё правильно. Всё. Правильно.

Белый остался. Один...

Сидел неподвижно и смотрел на свой дом. На трещины. На воду. На серую землю, заметаемую снегом.
Потом закрыл глаза. Сил больше не было.
Чинить.
Строить.
Снова привыкать к холоду.
Снова жить. Жить?

В воздухе ещё пахло настоящим древесным дымом.

Нет.
Я больше не могу…

Сидел с закрытыми глазами, пока не перестал чувствовать ноги. Пока не понял, что открыть глаза уже не в силах. Он засыпал и перед ним мелькали недавно увиденные картинки. Неуместно цветной человек, греющий руки у костра. Трескающаяся стена иглу. Холм, по которому тянулась цепочка следов его недолгого гостя.
— Всё правильно. Правильно... Всё.

— НЕТ!

Он открыл глаза. Лёд уже не таял. Дымом не пахло. Только синеватые следы на холме снег ещё не успел перекрасить в белое.
Встал. Постоял немного, собираясь силами. Потом пошёл наверх.
Подъём оказался невероятно тяжелым. Зато стало теплее. На вершине остановился, чтобы отдышаться. Огляделся. Мир не заканчивался холмом. Там были другие холмы. Тёмные пятна земли. Какие-то кусты. И главное…

Вдалеке виднелось ещё одно иглу.
Он сделал шаг, потом другой. Шёл всё быстрее и быстрее.

И вдруг заметил, что снег под его ногами начал таять…

 


Третий

Сколько раз он это повторял? Долгий взгляд в глаза. Мучительный вопрос: кто я – спаситель или убийца? И очередное короткое:

— Ты выбрал.

Он знал, что спорить бесполезно. Он сам когда-то был Белым.

Цветной встал и пошёл дальше. Не оглядываясь. Он знал, что Белый смотрит ему вслед. Не на тающий дом, а на снег, тающий у него под ногами. Смотрит и молчит. Снова молчит…

Да, Белый стоял и смотрел вслед уходящему.
В руке у него был осколок дома. Сам не заметил, как поднял его.

Цветной уходил не оглядываясь.
Один…

Белый опустил глаза на осколок. От него вдруг стало холодно. По-настоящему холодно. Будто в нём собрался весь мороз этого белого мира. Белый неожиданно разозлился и швырнул осколок в покосившуюся стену . Она рухнула со странным шелестом.

— Подожди!

Крик зазвенел между холмами.

— А ты… Ты куда идешь?